Эффект присутствия

Это - наш горожанин Борис Старощук. По профессии – индустриальный и графический дизайнер. Приходилось ему, продвигаясь по дизайнерской стезе, сотрудничать с николаевскими заводами, делать праздничное оформление города, разрабатывать «фирменный стиль» для различных предприятий… и даже создавать эскизы товаров народного потребления. Параллельно с работой присутствует в его жизни хобби – «тихая охота» с фотоаппаратом. Через окошко фотообъектива он видит наш город не так, как остальные. Взгляд этот – профессиональный, и оттого – особенно болезненный. Собственно, потому я и напросилась с ним на экскурсию по яхт-клубу.

…Мы движемся «в коридоре» из «бодег» - так жаргонно именует пивные точки низкого пошиба Борис Алексеевич. Плотный строй беззастенчиво натыканных зонтов закрывает красоту реки, не дает возможности полюбоваться закатом.
- Знаешь, что страшно? В яхт-клубе у нас вообще украли пейзаж, украли горизонт. Это я тебе как художник говорю. Николаев ведь стоит в уникальном месте: столько километров речного побережья! Но давай посчитаем те метры, где мы можем просто подойти к берегу, пошлепать босиком по срезу воды, коснуться ее ладошкой…
Речной пейзаж открывается глазу горожанина только на «стометровке», прилегающей к территории собственно яхт-клуба. Здесь наконец-то можно вдохнуть аромат вод Южного Буга без примесей пива, сигаретного дыма, поспевающих на угольях шашлыков. Однако Борис Алексеевич недовольно косится на бетонные скамейки, стоящие на берегу. Он называет их «антивандальные лавки»…
– Антивандальные - потому что огромная бетонная масса, которую разрушить трудно… Но она ни душу не греет, ни глаз не греет. Есть такой закон: среда воспитывает человека. Погруженный в нее человек будет вести себя соответственно тому уровню среды, которую ты ему предложил. Эту скамейку мне лично хочется разрушить… Хотя я понимаю, что это неправильно, но желание возникает на подсознательном каком-то уровне… и, судя по всему, не только у меня…
Борис Старощук полюбил яхт-клуб еще мальчишкой. На этих, каким-то чудом сохранившихся в фонтане каменных лягушках он сидел будучи трехлетним малышом. Помнит старый парк, который так любили горожане, помнит живой звук танцевальных площадок, проходившие здесь праздники – например, День Военно-Морского Флота… Совсем другая была атмосфера.
- Я понимаю, пришли иные времена. Но что сегодня городские власти нам предлагают взамен? Этот помпезный кабак, изуродовавший природу?.. Хотя природы как таковой здесь уже и нету. Вот скажи мне, это нормально: двери учебного заведения - школы парусного спорта, где готовят олимпийский резерв, - находятся в 20 метрах от «генделика»? Это вообще как-то с законами государственными согласуется?
…Затем мы долго стоим у памятника основателю города Григорию Потемкину, который не так давно появился в яхт-клубе.
- Знаешь, почему архитектора привлекают к работе над созданием памятника? Скульптор работает, да еще и архитектор… Он понимает, как жить будет это произведение в пространстве. А если загонять памятник в гущу этих зонтов – он растворится и силуэт его не будет работать. Значит, изображение – инвалид…
«А вот знаменитый туалет, в который зайти страшно», - продолжает экскурсию Борис Старощук. – «Почему страшно?». – «А ты попробуй, можем провести эксперимент… амбре от тебя потом будет полдня исходить», - смеется горожанин… Я не рискую, а «общественно-туалетную» картинку могу себе представить и без эксперимента.
Яхт-клуб, который сегодня превратился в откровенно питейное заведение на свежем воздухе, приводит нас с Борисом Алексеевичем к разговору о других уголках отдыха - НЕ существующих в нашем южном местечке.
- Нельзя жить в таком городе, где дома-дома-дома-дома… обязательно должны быть «полянки разрядки». У нас же, наоборот, застройщики жестоко сражаются за каждый маленький островочек природы – и он погибает… В Николаеве зеленых уголков отдыха, куда ты мог бы зайти и «пожить на природе» - хотя бы минут 10 - очень мало. Между прочим, в данном вопросе обязательно нужно учитывать психологический фактор. Человеку даже не обязательно заходить в эти уголки, важно их видеть… Есть такое понятие, как эффект присутствия. Ландшафтные островки должны все время попадать в поле твоего зрения, потому что та городская архитектура, которую мы имеем – «регулярная»… члененная на ровненькие кубики домов, квадратики окон и балконов – она противоестественна… В природе таких четких линий мы не встречаем, они противоречат сущности человека. И когда ее много, этой регулярности, она отрицательно действует на нас - это страшный раздражитель на подсознательном уровне. Поэтому «прямые линии» обязательно надо чем-то компенсировать – хоть каким-нибудь диким виноградом что ли… или прятать их за деревьями… Мы не задумываемся, а отсюда нередко идет неуютность нашей жизни, нервность, злость непредсказуемая…
«Очень нервно» воспринял Борис Алексеевич строительство автосалона и торговых лавок по проспекту Ленина в районе стадиона «Эвис»: почему было не сохранить стихийно сложившуюся там парковую зону? кому он нужен этот сплошной асфальт? чей глаз радует сегодня этот автосалон?
Уродливые рекламные щиты, которыми совершенно варварски утыкан город, вызывают у Бориса Алексеевича бурю негодования. «Реклама - это смерть в седле», - мрачно изрекает он. И тут же расшифровывает не совсем понятную на первый взгляд метафору: «Она нас оседлала, и мы под ней сдохнем!».
- При размещении рекламы должны работать ритмы, а в нашем городе она сливается в единый мощный поток. С точки зрения психологии, это совершенно неправильно. Постоянно действующий раздражитель перестает быть вообще раздражителем. Человек к нему адаптируется и не замечает. Поэтому технология размещения рекламы в Николаеве – это выброшенные деньги: она не работает ни на тех, кто платит за рекламу, ни на тех, кому рекламная информация нужна. Есть такое понятие – «визуальный шум». Хорошая реклама должна звучать, как музыка - со своими ритмами, акцентами.
Продолжая разговор о бигбордах, Борис Старощук приводит в качестве примера транспортное кольцо на Пушкинской и проспекте. Это одна из самых напряженных точек в городе. Там, где водитель должен сконцентрировать внимание на объектах, участвующих в процессе движения, у него работают мощнейшие раздражители в виде рекламных щитов. «Я бы все аварии, которые там происходят, списывал на тех, кто дал разрешение на размещение этих щитов», - резюмирует Борис Алексеевич.
- Центр города убит, убит рекламой. Я недавно был в Южноукраинске… Насколько корректно там используются бигборды! Хотя город примитивно современный, но я не сразу понял, почему там уютно, оказалось - рекламы там не перебор. Когда-то действовал в Николаеве областной художественно-технический совет, я был его членом… и решения по размещению рекламы принимались этим советом – туда входили архитекторы, художники, дизайнеры, писатели, общественность. Сегодня наша беда в том, что городская среда формируется на вкус людей, руководящих городом, а не специалистов. Плюс «доходная», финансовая сторона вопроса. А должны работать архитекторы, которые стояли бы на страже интересов Николаева, дипломированные дизайнеры… Но за те 20 лет, что существует Николаевское отделение Союза дизайнеров Украины, я не помню случая, чтобы кто-то из чиновников обратился к нам за консультацией…
***
Конец нашей экскурсии оказался и вовсе унылым. Мы понаблюдали за пестрыми, уродливыми будочками мобильных операторов на остановке «Водопроводная», которые самым нахальным образом стояли у дороги и преграждали горожанам путь к «зебре». Здесь же оценили внешний вид пятиэтажки, где в ряд разместились магазинчики, фирмочки, кафешки – и каждая из них постаралась как можно «громче» заявить о себе яркой вывеской и аляповатой витриной.
И еще раз ужаснулись безобразному виду железных монстров, на которых были укреплены бигборды. Мы взирали на монстров «со спины» - и нашему взору открывались серая «изнанка» щита, уродливый металлический каркас на забетонированной ноге. Выглядел он как инородное тело, вторгнувшееся в живую тополиную аллею и причинившее ей боль...
Наталья Христова.
Фото Бориса Старощука.