Чудовищное преступление - зверски убиты три человека. Не в жестокой драке, не из-за денег и не по циничному заказу. Самое, на мой взгляд, ужасное, что убийца - кстати, вовсе не маньяк и извращенец, - лишал жизни своих жертв... просто так. А это значит, что на их месте - извините за банальность - мог оказаться кто угодно: хоть вы, хоть я…

Длинный кабинет старшего следователя по особо важным делам Игоря Покраса заставлен разнокалиберными пакетами с вещдоками. В производстве у подполковника милиции, криминалиста следственного управления УМВД в Николаевской области Покраса сейчас два серьезнейших дела - к нашумевшему двойному убийству в Лиманах прибавилось тройное убийство на Большой Морской. Дела объемные, непростые: по лиманскому «маньяку» уже собрано пять томов материалов, по нынешнему расследованию, похоже, будет еще больше - пока назначено более десятка экпертиз…

Преступление раскрыто, убийца под стражей - кается и дает показания, расследование движется к суду обычным путем милицейского делопроизводства. Все идет своим чередом, все страшное позади - зачем уже об этом? Тем более, что кровавая резня, по сути своей - не больше, чем пьяная «бытовуха», и в учебники криминалистики явно не войдет. Но обыденность, немотивированность жестокости - не это ли и есть самое страшное?

Весь день Сергей (все имена изменены по просьбе следствия) беспробудно пил. И прошлый день тоже, и позапрошлый… Собственно, жизнь его вообще укладывалась в такой себе пунктир: глухой запой - недолгая работа, а как только появляются какие-то деньги, - снова запой… Жизнь дала сбой давно, еще в армии. Отчего так получилось - разбираться не нам. Здоровый работящий сельский парень рос в обычной семье в Первомайском районе, откуда в положенный срок и призвали его отдавать священный долг социалистическому Отечеству.

Отличные физические данные проторили дорожку Сергею не куда-нибудь, а на остров Майский, в школу подводных диверсантов. Там он успел получить немало полезных навыков, но военная карьера не сложилась. Мичман, как оказалось, «подрабатывал на гражданке» - угоном… чужих коров, на чем был пойман. И получил свой первый срок. Не впрок - за первым преступлением не задержалось и второе.

В общей сложности, за кражи и грабежи Сергей был осужден к десяти годам лишения свободы. Отсидел меньше, благодаря гуманной амнистии, вышел и стал искать себя в мирной жизни.

Ему надо было где-то жить, и нашлась добрая женщина - приютила, пригрела его на своей жилплощади. В тесноте, как говорится, - не в обиде, на 24 квадратных метрах в комнатке бывшего общежития сосуществовали пять человек: Сергей с сожительницей, ее дочь с мужем и маленьким ребенком. Ему надо было чем-то зарабатывать на жизнь, и он, как многие, подрядился делать ремонты по квартирам, - благо, работать с детства был научен. Но ремонтно-строительная карьера, как и когда-то военная, не пошла на пользу - Сергей пил. Это мешало не только работе, но и личной жизни.

Накануне он, на тему все того же беспробудного пьянства, сильно поссорился с сожительницей. Еще утром влил в себя граммов шестьсот водки, потом выпил из горла «маленькую», сидя на остановке Дзержинского. Пил еще и еще, бесцельно бродя по городу. На закуску денег не было, денег вообще уже не было - когда работать, если времени едва хватает на то, чтоб выпить-похмелиться… Уже к ночи Сергей оказался возле дома по ул. Большой Морской, 148. Как и почему - не помнит, говорит: ноги сами привели…

Ноги привели сюда не случайно. Он хорошо знал этот дом. Знал и сына хозяев, своего ровесника, Олега. Николаев - город маленький, и все в нем так или иначе пересекаются. Олег был крестным сыном сожительницы Сергея, это она и познакомила их: первому нужно было сделать недорогой ремонт в отцовском «жилкопе», а второму нужен был заработок. Крестная хотела, чтоб всем стало хорошо, но благими намерениями вымощена, как известно, нехорошая дорога…

Сергей обстоятельно делал ремонт, Олег с ним общался и расплачивался - других хозяев дома ремонтник в глаза не видел. И они его тоже. Хозяева - пожилой отец Олега, его гражданская супруга и старуха-мать - переехали уже по завершении ремонта, год назад. Был поздний вечер, но в окнах уютно горел свет. Сергей постучал в знакомую дверь.

Хозяева готовились спать, смотрели телевизор, гостей они точно не ждали. Николай Петрович,

66-летний пенсионер, опираясь на палочку, подошел к двери:

- Кто там?

- Свои…

- Свои по ночам не ходят. Иди отсюда!

Николай Петрович приоткрыл дверь, закрытую на цепочку, чтоб отогнать палочкой непрошеного гостя… Это была его роковая ошибка.

 Сергей вырвал палочку, а дверь вышиб ударом сильного плеча. И ворвался в дом! После он будет рассказывать следствию, что вымещал на совершенно незнакомых людях злость на обидевшую его сожительницу. Хозяин не мог знать подобных тонкостей. Он перед собой видел незнакомого крепкого мужчину, среди ночи, силой проникшего в его дом - очень вряд ли с добрыми намерениями.. Он понимал: силы слишком неравны, и, чтобы хоть как-то уравнять их, схватился за кухонный нож… Это было второй его большой ошибкой. Дальше все происходило очень быстро. Не помню, - действовал как в тумане, как робот, - потом будет сетовать на допросах Сергей. Но это будет уже потом… Без разговоров и уговоров, очень быстро он выхватил из рук пожилого мужчины нож и им же ударил того в шею. Переступил тело, рухнувшее на пол, и пошел в дом - на женский крик. Кричала Татьяна - она поняла, что с мужем случилось что-то ужасное, и звала на помощь, хоть кого-нибудь… Но услышал ее только убийца. Отчаявшись, раздетая женщина металась по дому, пыталась спрятаться в ванной. Преступник ударил ее ногой, а когда упала, нанес несколько ударов все тем же окровавленным ножом.

Ненадолго он оставил вторую жертву в покое - вернулся к первой: заметил, что хозяин пытается приподняться, и вернулся его добивать. Как для невменяемо пьяного, действовал весьма обстоятельно: связал беспомощному мужчине руки за спиной и только после того перерезал ему горло. Как когда-то краденым коровам. Затем опять вернулся к раненой женщине. Она хрипела и стонала. Прежде, чем убить, Сергей больше тридцати раз несильно ткнул ножом в ее обнаженную грудь. А потом - перерезал горло. Чтоб не мучилась. Вид крови ему не понравился. Сергей не любил крови. Он помыл покойную душиком, стал замывать кое-где по дому кровавые лужи. Устал…

Вот тут только он и обнаружил свою третью жертву. В дальней комнатке, в инвалидном кресле сидела 86-летняя старушка. Она слышала шум и крики и, очевидно, пытаясь в сильном волнении подняться, упала на пол. А потом так и не сумела встать. Сергей заботливо приподнял бабушку, удобно усадил ее обратно в кресло. Она стала расспрашивать: что случилось, кто он такой, просила уйти…

Пока шла беседа, Сергей озирался по сторонам - он искал хоть что-нибудь, подходящее для убийства. Привычный нож затерялся, а оставлять в живых свидетеля было нельзя. Прошелся в поисках по дому и в коридоре, возле мужского трупа, заметил небольшой топорик - сгодится.

Но и старушку не получилось убить сразу. Для верности ее пришлось трижды ударить обухом топора по голове. Все было кончено. Утомленный убийца присел на пол рядом с бабушкой и… уснул.

Так он проспал часов до десяти утра. Картина, представшая утром взору Сергея, его не порадовала. Его стошнило от запаха крови… Но уходить сразу было нельзя - во дворе разговаривали о чем-то своем соседи по дворику, они так ничего не услышали и не заподозрили. Еще часа три убийца бродил среди трупов, заметая, как он сам это понимал, следы преступления: замывал кровь, протирал места, где могли остаться отпечатки его пальцев: выключатели, двери… Никем не увиденный, он выскользнул из дому - в полной уверенности, что его даже не заподозрят…

Убитых обнаружил через день сын Николая Петровича, обеспокоенный тем, что отец не выходит на связь сам и не отвечает на телефонные звонки. Уже на следующий день был задержан убийца. Такая вот история…