Работники районной библиотеки пригласили меня на мероприятие, посвященное Дню семьи. Я торопилась, не смотрела по сторонам, а больше на часы. И тут вдруг:
- Хотите сирень? - мальчуган глядел на меня небесно-голубыми глазами и улыбался. - У нас много. Да, мама?
Уже немолодая женщина с добрым лицом согласно кивнула и потрепала мальчугана по светлым волосам. Я с благодарностью улыбнулась им и взяла чудесную веточку сирени. И цветы сотворили чудо. Настроение улучшилось.
- Вы меня не узнаете? - спросила женщина.
И я все вспомнила как-то сразу... Лет десять назад на все попытки усыновить ребенка ей отвечали отказом. И когда она уже готова была смириться с этим, судьба подарила ей одну встречу...
В 19 лет она впервые влюбилась. Но так получилось, что эта несложившаяся любовь стала единственной в ее жизни. Сейчас, много лет спустя, винит в этом Клавдия Андреевна только себя. Не боролась за свое чувство. Замуж не вышла - не лежало сердце к другим мужчинам.
Вот и не заметила Клавдия Андреевна, как тридцать лет исполнилось.
- Ну, если замуж не получается, - приехала к ней на праздники мама, - то хоть ребеночка роди. Сейчас время другое. Никто не осудит. Я помогу тебе няньчить...
Надо сказать, что об этом она и сама много раз думала. Для кого-то жить надо. Нежность, любовь, заботу кому-то надо отдавать. Ей уже и 38 исполнилось, а дом по-прежнему был пустым. И тогда она решила действовать. Пошла в органы опеки.
- Хочу усыновить ребенка. Мальчика.
Ей протянули список необходимых документов. Стала их собирать. На работе прекрасную характеристику дали. У Клавдии уже и сердце пело. Она уж и имя мальчику придумала. Будет Володей, как ее первая и единственная любовь.
- Мы не можем отдать ребенка в неполную семью, - голос работницы районо был мрачным. - Понимаете, у мальчика может комплекс появиться, ведь у всех отцы…
Вот тогда Клавдия Андреевна взорвалась, наговорила такого... И ребенка Клавдии Андреевне не дали, притом прослыла она скандалисткой...
- Вы не знаете, кто квартиру сдает? - возвращаясь холодным осенним вечером с работы, она встретила возле своего дома озябшую девчонку лет шестнадцати. - Только мне бы дешевую.
До сих пор не может объяснить Клавдия Андреевна, почему она пригласила эту девушку в дом. Постелила ей на диванчике. Марина, не снимая широкого пальто, прилегла и уснула. Клавдия Андреевна принесла еще один плед и накрыла незнакомку.
- Хорошенькая, - отметила женщина и перевела взгляд на просторную кофту. - Боже мой, - вдруг произнесла она, - да ты же беременна!
Утром Клавдия Андреевна узнает Маринину историю, в которой все ужасно запутано: мать умерла, отчим, не желающий понимать ее страстной любви к парню из соседнего двора, беременность, предательство любимого...
- Мне некуда идти, - скажет девушка Клавдии Андреевне, и ее лицо вновь зальется слезами.
Так и стали они жить вместе. Странно, но эта чужая девочка внесла в жизнь не только хлопоты и тревоги, но и радость. Клавдия уже бежала после работы в свой дом, затеяла ремонт, купила новые шторы. Будто кто-то вдохнул новое ощущение жизни. Потом Марина родила.
- Мальчик, - скажет ей уставший голос по телефону, вес два килограмма и 800 граммов. Здоров.
- А она, как она сама? - волнуясь, Клавдия забудет имя.
- Нормально, - рассердится голос.
Клавдия повесит трубку и уже осознанно обрадуется: «Сын». В сберкассе сняла с книжки почти все деньги и поехала в «Детский мир». С трепетом выбирала рубашонки, чепчики, пеленки.
Маринка оказалась плохой матерью. Дома она боялась лишний раз развернуть маленького Ванечку и ждала, когда это сделает Клава. Клавдия Андреевна полностью заменила мать. Она так долго мечтала о ребенке, что появление в ее жизни Вани восприняла как чудо. Она с радостью отдалась вся без остатка этой крохе со светлыми волосиками. Она вставала к нему ночами, вывозила в купленной ею же коляске в парк и гуляла с ним. Купила много разных книжек по воспитанию и рассказывала о прочитанном Марине. Но Марина довольно равнодушно относилась к своему сыну. Возможно, она просто еще не выросла. Бегала к подружкам, потом - на занятия в училище, потом - на свидания с Геной.
- Когда Ванечке исполнилось два года, - рассказывает Клавдия Андреевна, - Марина привела в дом Гену. Неплохой парень.
Она ищет в альбоме фотографии, чтобы показать их мне.
- Они хорошо с Маринкой живут, - наконец она отыскивает нужное фото и протягивает мне. - Вот. Дочка у них.
- Так вы что, их отпустили? - мне не все понятно в этой ситуации.
- К тому времени, - она пытается объяснить мне или себе, - Ванечка называл нас обеих мамами. - Протянет руки ко мне и бежит: «Мама». Когда Маринка своего жениха привела, я просто от страха с ума сходила, а вдруг мальчика заберет. У нее же все права, а у меня - никаких. Кому объяснить, что я ради этого мальчика жизнь отдам? Что жить в пустом доме для меня -смерть.
- Клавдия Андреевна, тетя Клава, - обняла ее тогда Марина, - Гена меня любит, я за него замуж пойду...
- А как же Ванечка, - она с дрожью в голосе ждала ответа, - ты его заберешь?
- Может, он у вас поживет? - спросила та.
- Конечно, - успокоилась Клава Андреевна. - Я без него не могу.
С того дня уже прошло семь лет. Ваня живет у своей приемной мамы, которая его очень любит, а родная мать вместе с отчимом и маленькой сестричкой приходят в гости. Правильно ли это или нет, никто не сможет сказать. Так судьба распорядилась, что совершенно чужие люди стали роднее родных.
Одно беспокоит сейчас Клавдию Андреевну: по существующим законам, она своему Ванечке - никто. Но ведь есть и другие законы. Любви, например. Она у них взаимная. А что касается материальной стороны, то Клавдия Андреевна уже сегодня завещала своему сыну все, что у нее есть.
Мы вышли во двор. Солнце уже садилось, постепенно прячась за тучи. Истекал еще один день, наполненный заботами, хлопотами. Их у Клавдии Андреевны - достаточно. Она зябко повела плечами.
Предвечерняя благодать. Запел свою песню соловушка. В конце огородов тихо и непрерывно течет Ингул. Течет вода, как жизнь... |
