НЕПРОХОДИМОСТЬ

Покуда есть
 на свете…
(Кот Базилио)

К хорошему быстро привыкаешь. Раньше и вообразить себе не могли, что можно жить без очередей. Теперь, если в очередь в супермаркете все-таки попадаешь, начинаешь нервничать. Просыпается творческая энергия. Сразу находишь пути преодоления, устранения, усовершенствования. Было бы кому подсказать. Через несколько минут твоя очередь подходит, и уже кому-то подсказать - неактуально. Да и что это за очередь - на десять минут! Вот раньше были очереди! Эх, раньше!..
Впрочем, напрасно радуешься. Есть и сегодня такие места, я бы даже сказал, учреждения, где без очереди - никак. И очереди там -  совсем как в советские времена. Там заповедник. Там чувствуешь, что по большому счету у нас ничего не изменилось. И ведь места (то бишь, учреждения) какие: не обойдешь их, не объедешь! Это супермаркет можно поменять - выбрать другой. Частного нотариуса можно сменить на более воспитанного или поворотливого, например. А вот как быть с государственными учреждениями (то бишь присутственными местами)?
Рано или поздно каждому везет попасть в районную поликлинику, пенсионный фонд, на почту или в государственную нотариальную контору. Потому что учреждения эти государственные, следовательно - монопольные, им нет альтернативы. И эта безальтернативность неминуемо накладывает отпечаток на тех, кто там работает. Они и разговаривают не так, и смотрят на тебя не так, и работают не так. Впрочем, народ относится с пониманием: бюджетники, чего от них ожидать! За такую зарплату люди работают, и на том, как говорится, спасибо!
За какую именно, правда, никто не знает, но принято считать, что за маленькую. А еще когда они сами подчеркнут тяжесть своего труда ("Вас много, а я одна!", например), то и вовсе успокаиваешься, вспоминаешь комсомол, очереди за водкой, запах в гастрономе, и покорно ожидаешь. Безответно. Тут главное, что безответно, потому что, если ответишь, все ожидание насмарку: не дадут, не подпишут, не заверят, не от того излечат и т.д.
Вот и я попал. Слово-то какое точное! Сначала попал в государственную нотариальную контору, а затем и просто попал - в современном значении слова.
Ну, очередь, понятно, все нервные, понятно, на новоприбывших смотрят свысока, снисходительно объясняют очевидные вещи: какая же одна очередь, если нотариусов не один? Спросить без очереди нельзя, потому что всем спросить. Какая еще канцелярия, если это нотариальная контора?
Я кое-как все же объяснил, что четыре месяца назад отправил письмо, ответа не дождался, хочу просто узнать, где у них регистрируется корреспонденция, даже заходить не буду, просто спрошу, где канцелярия. Народ у нас добрый - разрешили.
Открыл я дверь, на которой написано, что здесь работает консультант… во избежание судебных исков к редакции назовем ее инициалами SV. Открыл - и сказал с порога:
- Будьте любезны, где у вас канцелярия?
Никто не ответил. Однако по тому, что из пяти человек, находившихся в комнате, на меня посмотрели только четверо, сообразил: SV - это та самая симпатичная блондинка, отличающаяся не только очевидной занятостью, но и абсолютной незагорелостью - это в конце лета в Николаеве! Вот ведь, думаю, человеку даже в отпуск съездить некогда.
Я дождался, когда она перестала перекладывать папки, и повторил вопрос. Снова никакой реакции. Лишь на третий раз она мне ответила:
- В коридоре.
- В каком коридоре? - не понял я. - У вас канцелярия в коридоре?
- Канцелярия здесь, - ответила она. - Ждите в коридоре.
Признаюсь, со мной так никто еще не разговаривал - по крайней мере, с тех пор, как я стал взрослым. Ошеломление было настолько велико, что я закрыл дверь и стал послушно ожидать. В коридоре.
По истечении часа я таки очутился в заветном кабинете. Лишь взглянув на извещение о том, что контора действительно четыре месяца назад получила заказное письмо, SV категорическим тоном произнесла:
- Я сейчас этим заниматься не буду. Сегодня не приемный день. Завтра приходите с девяти до двенадцати, займите очередь, и тогда посмотрим.
Слава Богу, я был с женой. Она буквально за рукав вытащила меня из кабинета во избежание дальнейшего диалога.
Извините, дорогие читатели. Я понимаю, что и рассказанного достаточно. Тем не менее, обязан рассказать продолжение этой истории.
На следующий день мы приехали в половине девятого и были уже далеко не первые в очереди. К SV просочились только в половине двенадцатого.
Опять тот же быстрый взгляд на уведомление, вопрос:
- Адрес.
Я назвал.
- Это Варваровка?
- Да.
- Тогда это не у нас. Мы переслали в четвертую контору.
- Когда?
- Давно. Я точно знаю, что отослали, обращайтесь к ним.
- Вы можете сказать нам исходящий номер?
- Нет, - ответила она и быстро вышла из кабинета.
Прождав ее под дверью пятнадцать минут, мы подумали, что разумнее ехать в четвертую контору, поскольку - пятница.
Знаете, мы даже не особо удивились, когда оказалось, что в Варваровку наше письмо из первой конторы не приходило. Милая девушка, работающая там консультантом, позвонила SV, попросила найти исходящий номер.
Вот тут мы удивились, что SV не бросила трубку, что пообещала найти письмо и перезвонить через десять минут. Еще большим было наше удивление, когда она через двадцать минут действительно позвонила и сообщила, что документы действительно в четвертую контору не отсылали, а отправили письмо заявителю. Это, стало быть, нам…
На почте нам тоже пошли навстречу, пересмотрели регистрацию всех заказных писем за четыре месяца и сказали, что такого письма не было. Более того, нам посчастливилось повстречаться с почтальоном, которая твердо подтвердила: никаких писем на этот адрес не было. Если бы были, она бы отдала соседям, ничего потеряться не могло.
Мы снова в государственной нотариальной конторе, где нам та же SV выдает копию того якобы отправленного письма. Это черный нечитаемый отпечаток, который и в руки взять противно. Понятно, что эта бумажка нужна нам была не на память, а для передачи в другое государственное учреждение. Никаких сомнений, что такую филькину грамоту никуда не примут, мы не имели.
Потом у нас была еще попытка поговорить с начальником конторы. Та коротко ответила, что SV - очень хороший работник, ничего подобного сказать нам она не могла, и вообще - разговаривать с нами начальница не намерена. То есть она буквально так и сказала:
- Я здесь с вами разговаривать не намерена. - И проследовала на улицу, бросив остальным людям в очереди магическое слово: - Ждите!
Вот примерно такая произошла история. Разумеется, я опустил эмоциональную картину событий. Думаю, читатель и сам поймет, что я в течение этих двух суток чувствовал. Факт состоит в другом: эта женщина работает консультантом и существует на мои (и ваши, сограждане) деньги. Это из налогов, которые мы платим, она получает зарплату. И вот в течение полутора дней она эти деньги "отрабатывает". Консультант ведь призван давать информацию. Она ее не дает, а если дает, то недостоверную. Все, что SV сказала мне по существу, оказалось просто ложью.
А теперь вот думаю, думаю и пытаюсь понять причину, по которой молодые женщины (в данном случае SV и ее начальница) считают себя вправе так высокомерно и оскорбительно обращаться со своими земляками. У них высокие должности, позволяющие смотреть на остальных свысока? Да нет, какие там должности… Они так хорошо обеспечены мужьями, что могут не опасаться потерять эту работу? Тоже вряд ли. Может быть, дело в том, что они понимают свою непроходимость (извините за двусмысленность), то есть, что эту пробку нам никак не миновать? Что мы будем терпеть и далее?
Но и это ничего не объясняет. Даже если все перечисленные факторы действительно имеют место, все равно - как можно сказать человеку: "В коридоре!"?
И вот я думаю. Возможно, им, ввиду их психологических особенностей, лучше было бы работать, скажем, в школе служебного собаководства? Там ведь команды типа "Место", "Сидеть" и прочие - вполне оправданы. А с другой стороны, где же наберешь столько собак, чтобы всех этих SV трудоустроить? Вот людей у нас пока достаточно на всех.
Нас в этом городе добрых полмиллиона. Все мы, в том числе и SV, бываем в присутственных местах, вместе ездим в трамваях и “маршрутках”.
Конечно, все можно списать на государство: это оно наделило государственные нотариальные конторы монопольными функциями. Однако, если гуманизм государства и объясняет многое, то не все. Ведь что-то, наверное, есть в самом человеке, что позволяет ему обращаться к согражданам на собачьем языке, никогда не употреблять слов "пожалуйста" и "извините"…
А может быть, какая-нибудь учительница, общаясь с такой SV, думает про себя: "Ничего, погоди, вот придет твой ребенок ко мне в школу!.."? И так же представляет себе час расплаты сотрудник пенсионного фонда, поликлиники, приемной комиссии, почты и так далее? Может быть, так и нужно? От каждого из нас в этом городе что-то зависит. Каждый из нас вместо того, чтобы выполнять свои обязанности, будет стойко, по-фермопильски защищать свое право не работать, будет по-мафиозному мстить друг другу за сам факт существования другого? Давайте построим каждый вокруг себя непроходимую баррикаду. Давайте будем на этих баррикадах стоять насмерть. Не отдадим друг другу ни бита информации, ни полсправки, ни полуулыбки, ни доброго слова, ни просто приветливости. И так до полного взаимоуничтожения.
В таком случае, напоровшись на очередную SV, я буду знать, что получил за дело, что мы квиты. Честное слово, мне так будет легче.
И всем?
Сергей Иванюк.

От редакции. Проблема взаимоотношений гражданина и чиновника (и даже самого ма-а-аленького чиновничка) - была и остается острой. Как, прочем, и проблема взаимоотношений человека и государства: кто для кого существует? Кто кого должен обслуживать?
Нам кажется, у каждого из наших читателей есть собственный опыт и собственное мнение на этот счет. Ждем ваших писем.
Что касается нотариальных служб. Как стало известно, подготовлен проект Закона Украины "О внесении изменений в Закон Украины "О нотариате". Он одобрен на заседании Кабинета Министров Украины 22 августа 2007 г. и позволит предоставить равные права и ответственность государственным и частным нотариусам.
Ныне в Украине, по данным Минюста, действует 821 государственная нотариальная контора, а также 565 частных нотариальных контор и более 3 тысяч частных нотариусов. Однако, по сравнению с государственными нотариусами, их частные коллеги не имеют ряда полномочий, в частности, относительно оформления наследства. Это создает для граждан определенные неудобства, увеличивает очереди к государственным нотариусам. Законопроектом предлагается предоставить право оформления наследства и частным нотариусам.