Открытое письмо Министру внутренних дел господину Цушко, или О том, как николаевские милиционеры интересуются женщинами-агитаторами

20 июля с 10 до 14 часов в городе Николаеве возле офиса партии «Батьківщина» по ул. Фалеевской, 24 стояла информационная палатка Блока Юлии Тимошенко. Дежурила я — Грудинина Наталия Николаевна, предлагала прохожим газеты «Наша Батьківщина» (Свидетельство № 336 с 08.10.2001 года выдан управлением по делам печати и информации Николаевской облгосадминистрации) и общеукраинскую общественно-политическую — «Вечірні вісті». Также я собирала подписи в поддержку проведения референдума относительно новой редакции Конституции Украины (экземпляр подписного листа прибавляется). К палатке было прикреплено 3 плаката: 1. «Сбор подписей в поддержку референдума за новую Конституцию Украины». 2. «Мы за отмену депутатской неприкосновенности!». 3. «Возвратите народу 63 социальные льготы, украденные правительством Януковича!». На установку и работу информационной палатки мы имели разрешение горисполкома — с 10 до 14 часов, из 14 с 18, и вообще все необходимые документы. Но, как известно, в Украину после успешного лечения в проклятой НАТОвской загранице возвратился герой Цушко (лично я считаю выбивания двери ногами не героизмом, а разбойным нападением, но о том, что Цушко – герой, написано на всех заборах, а мы с детства привыкли обращать внимание на то, что написано на заборе), и вот в 12 30 на мою милую беленькую палаточку с красным сердечком и на меня — одну-одинешеньку напали 5 милиционеров — три офицера и два рядовых. С дубинками, со своей собственной группой операторов и фотографов. Они все чисто фотографировали (в принципе, я была не против, так как перед этим как раз помыла голову, сделала макияж и надела коротенькую юбочку), но потом выяснилось, что они потребовали большего — интересовались, что у меня в пакете, в личных вещах и даже лично на мне, может даже и под одеждою. Одежды на мне было мало, но все равно я была против. Тогда один из милиционеров меня успокоил, чтобы я не стыдилась, и сказал, что для личного обыска женщин у них при себе есть женщина. Но и это меня не успокоило, я стала визжать и сопротивляться. При этом у меня сломался длинный ноготь, а гелевое наращивание ногтя стоит 65 грн. Ни оружия, ни наркотиков, никаких запрещенных материалов, газет, и т.п. у меня в палатке не было найдено. Группе захвата были предъявлены все документы на палатку, разрешения. Я не подписывала никаких протоколов и не давала никаких письменных объяснений, так как считаю такие требования ко мне незаконными. В конце концов, не найдя наркотиков и оружия, группа захвата с операторами и фотографами ушла несолоно хлебавши. Мне был причинен материальный ущерб (сломанный ноготь) и моральный - все-таки учительница, 52 года, и милиционеры, как возле преступницы – это неприятно! Позже я вспомнила, что эту милицейско-операторскую группу я уже видела 26 июня в этом году возле облгосадминистрации во время акции против дерибана земли на Кинбурнской косе и строительства Ташлыка. Тогда эта группа напала на детей, которые писали мелом на асфальте лозунг: «Защитите Кинбурн». Я запомнила замечательную девушку — смелую, чистую, открытую — Бондаренко Женю, какую эти самые милиционеры арестовали и потащили в участок. Грудинина Наталья Николаевна, член партии «Батькивщина», 25 июля 2007 года