На берегу небольшой речушки, что впадает в Ингул, когда-то была деревня: со школой, клубом. Давно уже нет деревеньки. Только дымари еще кое-где торчат. Многие жители перебрались в Кривой Рог, Николаев, некоторые обосновались в Новом Буге.
На противоположном берегу речушки - небольшое ухоженное кладбище. В светлые поминальные дни здесь многолюдно. Я встретила свою давнюю знакомую Веру. Не видела ее давно. Очень она изменилась.
Вера зажгла свечу на каждой из трех могилок -под общей оградой. Присела на скамеечку и смотрела на фотографии своей пожилой матери, молодой красивой женщины - младшей сестры - и маленького мальчика - племянника.
Мы разговорились. Вера промолвила:
- Говорят, что чужие слезы на землю не падают. И это правда. Уж я то это знаю. Болит моя душа за нашу семью. О мертвых или хорошее, или ничего. Но я знаю, что люди маму проклинали. Она говорила, что для нас, детей, старалась. Действительно, старалась. Но как! Хотя она раскаялась, но было поздно...
...Семья Ольги и Петра Павленко была крепкой, работящей. Красивее женщины, чем Ольга, в селе, да и в соседних селах, не было. Энергичная, веселая, быстрая, работа горела в ее руках. Петр любил ее очень. Он был ей полной противоположностью и внешне, и по характеру: невидный мужчина. Лишь глаза были красивые, голубые, как небо. Неразговорчивый флегматик. Но жили они в согласии. Ольга работала в магазине, Петр - механизатором. Жили в достатке, имели новый, лучший в селе дом, первыми купили «жигули». Вот только детей у них не было. А когда Ольге уже исполнилось 35 лет, родилась Верочка, а через несколько лет Надя и Люба. Петр был счастлив.
Недалеко от их дома был гранитный карьер. Рабочие целый день ходили в магазин за водкой. Вечером стучали в окно, и Ольга выносила бутылку за бутылкой. Клиентов всегда хватало. На ежедневную выпивку рабочие и водители тратили не только сэкономленные деньги, но и небольшую зарплату. Отказа никому не было. Торговала Ольга не только «казенкой». Петр не раз остерегал жену, что эта торговля плохо кончится.
Сначала сама самогон гнала, а когда милиция вылила закваску, побила аппаратуру и оштрафовала Ольгу, начала покупать у знакомых «первак», разводила его до нужных градусов и продавала вдвое дороже, но дешевле, чем «казенку». Такой себе мини-бизнес. Все заработанное шло на приобретение мебели, ковров, сервизов: готовила приданое дочерям.
Кроме Петра, Ольге надоедали женщины. Приходили одни, с детьми, плакали, становились на колени, просили не продавать водку мужьям, особенно в долг. Ведь долгов столько набегало, что после возврата семье и на хлеб не оставалось.
Ольга отмахивалась: «Разве я виновата, что ваш муж хочет выпить? Не я же к нему иду, а он ко мне!» Некоторые, в слезах, грозились поджечь дом, заявить в милицию. Но Ольга ничего не боялась.
Вера вспоминает:
- Некоторые от отчаяния начинали проклинать мою мать и всю нашу семью. Люди просили наказать нас всех до седьмого колена. Мне было страшно. Я тоже просила маму не продавать водку дома, не отпускать в долг. Мама только смеялась... Но все же женщины написали жалобу в сельпо.
Как-то приехали с ревизией, нашли дома тетради, где записаны должники, выявили недостачу в магазине, и Ольгу уволили с работы. Но она продолжала торговать самогоном дома. Некоторые, не имея денег, приносили то курицу, то гуся за бутылку. Как-то один мужик принес поросенка. Ольга все принимала. Но делала так, чтобы не знал муж.
- Кто хочет выпить - выпьет! -говорила, - а на проклятья не обращайте внимания. Мои дорогие доченьки, я же для вас стараюсь. Вот выучитесь, замуж выйдете, а я для внуков деньжат насобираю... - успокаивала детей Ольга.
Шли годы. Вера и Люба закончили сельхозинститут, Надя -
педучилище. Но судьба их сложилась несчастливо. Красивым здоровым обеспеченным девушкам в семейной жизни не повезло. Над семьей как-будто навис злой рок... Сбылись проклятия несчастных женщин, мужья которых спивались. Или просто это стечение обстоятельств.
...Вера вышла замуж по любви за своего одноклассника. Через год родилась девочка. Малышка не болела. Когда ребенку было семь месяцев, родители впервые поняли, что ребенок странный. Но врачи успокоили их - ребенок абсолютно здоровый.
Девочка подрастала. Долго не говорила. Ни на что не реагировала, могла часами рассматривать рисунок на обоях, если ее отвлекали от этого занятия, закатывала истерику. Вера никак не могла наладить контакт с дочерью, которая начала говорить как-то странно выговаривала фразы бездумно, как автомат. И снова врачи их успокоили. Возили к бабкам, экстрасенсам, даже к Кашпировскому. А потом приехала сестра и, увидев племянницу, накричала на Веру: «Вези ее в Киев к специалистам, а не к знахарям!» И от профессора медицинского центра мы впервые услышали диагноз - аутизм. Это особенное состояние психики, когда человек отстранен от внешнего мира и погружен в себя. И такой, как все, девочка никогда не станет. И что мы потеряли много времени, и врачи виноваты, не распознали болезнь.
- Теперь я все делаю, чтобы Людочка приспособилась к окружающему миру. Очень тяжело. Но надеюсь, что любовь, терпение, специальные упражнения помогут нам, - рассказывает Вера.- Но это еще не все испытания, что выпали нам. Муж попал в аварию, несколько месяцев провел в больнице. Сколько слез я выплакала, глядя на него беспомощного. Наконец, он пришел в себя, переломы срослись. Я так радовалась за него. А он...
- Что, умер! - вырвалось у меня.
- Слава Богу, жив... Но теперь он не мой, - она заплакала так горько. - Влюбился в медсестру. Думала, все пройдет. Но после больницы он перебрался жить к ней. Возможно, ему надоело возиться с дочерью, возможно, и я виновата, недостаточно уделяла ему внимания. Я не желаю ему зла...
Вера рассказала о своих сестрах. Еще в школе Надя влюбилась в веселого Сашу, первого парня на селе. Когда у них вспыхнула любовь, Сашка не пил, носил кудри, играл на гитаре, и все девушки «сохли» по нему. Но он выбрал Надю. Потом парня забрали в армию. Надя верно ждала суженого. Правда, мать без конца твердила ей:
- Посмотри лучше на Николая! Умирает по тебе. Семья крепкая. Дом - полная чаша. Зачем тебе Сашка? У него в карманах пусто, а в доме вечно пьяная мать. С алкоголиками лучше не связываться. Выходи за Николая.
Надя только морщилась:
- Ну, причем тут Сашка, если его мать пьет?
Надя дождалась любимого, и все село гуляло на их свадьбе. Первый раз Сашка напился во время праздника. Надя только посмеялась. Очень уж смешной был муж пьяным. Но потом ее веселье испарилось без следа, через пару месяцев стало ясно: Сашка неуправляемый выпивоха. Началась ужасная жизнь. Сашка начал избивать Надю, требуя денег на выпивку. Она ушла от мужа. Сама растила сынишку. А Сашка спился окончательно. Постоянно околачивался возле магазина, авось кто-то пожалеет и угостит рюмкой. Дружки жалели, угощали. Выпьет и валяется под забором. От позора Надя выехала в райцентр. И тут ее постигло еще одно несчастье. Сын упал в открытый канализационный люк. Разбил голову, скоро и умер. Горе погубило и Надю. Она умерла, когда ей было всего 27 лет, от злокачественной опухоли.
- Хотя бы у самой младшей сестры твоей, Любы, все в порядке?- с надеждой спросила Веру.
- Вначале мы радовались за нее. Зять работал на хорошей работе. Родился мальчик. А потом... О любовных похождениях мужа сестры мать узнала еще тогда, когда Люба беременная ходила. Сестра тоже скоро догадалась, а может, люди добрые донесли. А однажды застала среди белого дня мужа с кумой в кровати. Жизни в семье не стало. Скандалы, слезы. Развелись.
Через два года встретила человека большой души. С ним Любочка была так счастлива. Но разве счастье бывает долгим? Поехал муж в Москву на заработки, и вот уже три года о нем ничего не слышно. Люба искала его, но... Одна гадалка сказала, что его нет в живых. Бедная сестричка, измучилась совсем. Но беда одна не ходит. Сын ее, Игорек, учился на фельдшера, хорошо учился. А на последнем курсе пристрастился к наркотикам. Лечили...
А Ольга, мать своих несчастливых дочерей, все еще торговала водкой. Хотя и видела, что случилось с их жизнью. Бог наделил ее долгим веком. Но все же заболела. Последние два года она уже не поднималась. Умирая, обливалась слезами, раскаялась. Просила у дочерей прощения:
- Это мой грех лежит на ваших судьбах. Думала, обеспечу вас всем. Обеспечила, а счастья не дала - на чужом горе счастья не построишь... |
